Есть конспект?
Пришлите нам!

Как это было: код Морзе


КАК ЭТО БЫЛО: КОД МОРЗЕ Ни один другой код, ни одна другая азбука не вошли в бытовую жизнь так крепко и глубоко, как код (или азбука) Морзе. Все знают об этих точках-тире, ключах, радистках и телеграфистках, выстукивающих "пи-пи-п-и-и-и-пи-п-и-и-и", ловко орудуя умелыми тонкими пальцами. Но код Морзе - это не только радиограммы. Код часто используется и в поэзии, в том или ином виде. Это общеизвестно. Взять, например, замечательное стихотворение Заболоцкого, которое так и называется "Колотушка S" ("Колотушка тук-тук-тук..." - как его традиционно, но неверно, обозначают последнее время).

Почему же код Морзе сжился и с поэзией, и с бытом? В этом нет ничего удивительного, ведь его, этот код, разработал художник Самюэл Морзе. А живопись, поэзия и человеческий быт - "вещи нераздельные", как говорил знаменитый стихотворец.

Известно, что художник часто не просто создает что-то, но усматривает это новое в природе, в натуре, вынося на обозрение публики незамеченное ей ранее особенное: будь то состояние вечернего неба, напряжение тела натурщицы, черты характера человека или волнение моря. Именно так и было с кодом Морзе. Художник вовсе не сочинял его, подбирая точки к тире, тире к точкам. Нет. Он получил код в процессе творческой деятельности. И с этим связана замечательная история.

***

Известно, что Морзе в свободное от написания картин время любил экспериментировать с электричеством - новым и популярным в его времена явлением. Морзе пропускал электричество через разнообразные предметы и устройства, соединяя их причудливым, художественным образом и наблюдая возникающие эффекты, например колебания стрелки компаса, вскрикивания и смех горничной. Многие современные исследователи творчества художника считают, что он просто намеревался построить активную инсталляцию, предвосхитив возникновение современного монументального искусства. Но, как бы там ни было, однажды Морзе удалось случайно сконструировать телеграфную линию, соединив источник электрического тока, электромагнит и выключатель очень длинным проводом.

Конечно, Морзе и не догадывался, что построил первый в мире телеграф - ведь ничего путного передать по нему было нельзя, только щелчки.

И вот как-то, было это в 1837 году, Морзе писал портрет знатного американского промышленника Стива Вейла. Как известно, в процессе написания портрета портретируемому приходится подолгу позировать портретисту. То же самое происходило и в нашем случае: Вейл должен был часами сидеть в кресле, пока художник Морзе срисовывал его, промышленника, контуры. Ясно, что шевелиться Вейлу было нельзя. Однако он, как и большинство знатных промышленников, был непоседлив:

- Но я совершенно не могу сидеть без движения! - восклицал Вейл в ответ на приглашение позировать.

- А я не могу писать по фотографии! Ведь вы не сумели ее изготовить! - спорил с ним Морзе.

- Ну может быть я хоть ногой буду покачивать?

- Нет, когда вы дергаете ногой, меняется выражение вашего лица.

- Хорошо, ну а ухом-то? Ухом-то подавно шевелить нельзя?

- Да вы что! Нет! Уши должны быть жестко зафиксированы. Сидите смирно. Прекратите разговоры!

- Ладно. Тогда я либо буду шевелить указательным пальцем левой руки, либо пусть этот портрет провалится с глаз долой! - рассвирепел Вейл.

Морзе нуждался в деньгах для продолжения строительства электрических инсталляций, а такого рода оборудование было в те времена ой как недешево, поэтому он принял условие с шевелением пальцем.

Во время долгих сеансов художественной работы с натурой, Морзе, конечно, не мог не разговаривать с портретируемым, ведь иначе в тишине мастерской становилось совсем тоскливо. И художник, предварительно сообщив Вейлу: "Я буду с вами разговаривать, но вы не обращайте внимания", - задавал разные вопросы, рассказывал истории, выражал свое мнение по политическим делам. Так было и в этот раз:

- Что вы думаете о ценах на нефть? - монотонно рассуждал художник, нанося мазки на холст. - Мне вот кажется, что они неоправданно низки по сравнению с ценой электрических устройств для моих опытов. А краски? Краски-то как дорожают! Это ж страх божий! Что вы об этом скажете? А недавно мой дантист... так это вообще приключение. У вас есть дантист?

Впрочем, ясно, что отвечать портретируемому не позволялось - движение губ меняло выражение лица. Так что Морзе говорил, а Вейл молчал, сохранял неподвижность, но все настойчивее и настойчивее стучал пальцем по подлокотнику кресла.

- Почему вы барабаните пальцем? - поинтересовался Морзе, в очередной раз выглянув из-за мольберта.

Вейл молчал.

- Ну правда, интересно, почему надо стучать пальцем? - спрашивал Морзе, смешивая кистью краски на палитре.

Тишина была ответом.

- Не стучите, а просто шевелите пальцем, зачем нам эти удары?

Промышленник не проронил ни звука.

- Сейчас же прекратите стискивать зубы! - предложил Морзе, земетив, как желваки Вейла заиграли. - И не сверкайте глазами! Почему ваше лицо стало пунцовым? Безобразие! Я никак не могу подобрать краску.

- Ну все! - взревел Вейл, буквально взлетев с кресла и ринувшись к Морзе. - Все!

Промышленник подскочил к опешившему художнику и принялся тыкать в его плечо указательным пальцем левой руки, сопровождая каждый укол словом:

- Вы! Прекратите! Задавать! Дурацкие! Вопросы! - кричал Вейл. - Оставьте мой портрет себе! - Вейл сбил недописанный портрет с мольберта и пнул его ногой, прорычав: - Изыдите! Вот вам гонорар и не пишите мне больше!

С этими словами знатный промышленник Вейл выскочил из мастерской художника Морзе, оставив на столике у двери конверт с гонораром. А Морзе продолжал стоять возле пустого теперь мольберта. Он завороженно нажимал себе указательным пальцем на плечо, потом опускал руку и делал один или несколько легких ударов по мольберту:

- Вы, - Морзе дважды стукнул по дереву мольберта. - Прекратите, - три удара. - Вопрос - один стук.

И тут озарение снизошло на Морзе!

- Каждой букве по удару пальцем! - кричал он. - Нашел! Нашел! Эврика! Эврика! Это то, что надо для моего аппарата!

Так была открыта азбука Морзе. В этот же вечер художник записал в таблицу буквы и знаки препинания, сопоставив каждому символу комбинацию из точек и тире, так как быстро выяснилось, что для отображения всех элементов единичного "стука" не хватает.

После этого телеграф и стал телеграфом. Технология, на деньги из гонорара Вейла, развивалась быстро. Вскоре Морзе перестал писать картины, а зарабатывал на продаже телеграфного оборудования. А когда знатный промышленник Вейл завел телеграф себе в офис, Морзе смог по ночам отправлять ему вопросы:

- Не желаете ли обсудить дантиста?

  


Dr.BoT© Konspektiruem.ru