Есть конспект?
Пришлите нам!

Атомарная пипетка раскрыла танец фасеток-призраков


Атомарная пипетка раскрыла танец фасеток-призраков
Эли Саттер (Eli Sutter) и Питер Саттер (Peter Sutter) применили самую маленькую в мире пипетку, чтобы изучить ряд важных свойств материи (фото Brookhaven National Laboratory). Атомарная пипетка раскрыла танец фасеток-призраков

17 апреля 2007
  

Чтобы заглянуть в гости к атомам, учёные строят всё более и более невероятные машины: то микроскопы самых экзотических систем, то многокилометровые ускорители, то мощнейшие лазеры... А недавно, для серии интересных опытов с веществом, американские физики создали самую маленькую и точную в мире пипетку — она несёт в себе капельку объёмом всего в несколько зептолитров (то есть 10-21 литра).

Столь удивительное достижение обнародовано на днях центром функциональных наноматериалов Национальной лаборатории Брукхэвен (Center for Functional Nanomaterials).

Предыдущие рекордные микропипетки были способны дозировать жидкость порциями по аттолитру (10-18 литра), так что новое устройство изменило масштаб экспериментов ещё на три порядка. Но рекорд этот важен для учёных не сам по себе. Благодаря необычной пипетке удалось провести ряд уникальных опытов.

Так выглядит суперпипетка под микроскопом. Кружком обведён её наконечник (фото Brookhaven National Laboratory).

Так выглядит суперпипетка под микроскопом. Кружком обведён её наконечник (фото Brookhaven National Laboratory).

Ведущий автор работы, Эли Саттер (Eli Sutter), говорит, что опыты её группы "улучшат наше понимание процессов кристаллизации во многих областях природы и технологий".

Дело в том, что невероятно крошечные капельки жидкого металла кристаллизуются совсем иначе, чем их большие собратья. Как происходит изменение фазы при охлаждении жидкого металла? Кажется, мы давно знаем ответ на этот вопрос. Но не всё так просто.

Скажем, не вполне понятно, что происходит в микроскопической сверхчистой капле? Там нет "привычных" центров кристаллизации — каких-либо примесей. И начало смены фазы происходит иначе, чем в расплаве большего объёма.

В течение последних десятилетий физики считали, что в таких условиях кристаллизация начинается с появления где-то во внутренности капли "случайного" твёрдого ядра, возникающего словно наугад. От него, мол, изнутри — наружу, и распространяется кристаллизация.

Устройство зептолитровой пипетки: 1 — германиевый нанопровод, 2 — резервуар с исследуемой жидкостью, 3 — углеродная оболочка. Отверстие в ней будет выполнено позже (фото Brookhaven National Laboratory).

Устройство зептолитровой пипетки: 1 — германиевый нанопровод, 2 — резервуар с исследуемой жидкостью, 3 — углеродная оболочка. Отверстие в ней будет выполнено позже (фото Brookhaven National Laboratory).

Опыты Эли Саттер и её коллег бросили вызов этой распространённой теории. Физики изучали поведение при смене фазы зептолитровой капли расплава золота и германия.

Для этого они создали пипетку из заострённого нанопровода германия с резервуаром на конце. Поместив в него толику исследуемого материала, авторы опыта покрывали всё тончайшим слоем атомов углерода (вернее, несколькими слоями графена). А затем, после нагрева системы, проделывали в углеродной скорлупке крошечное отверстие, через которое расплав и выходил наружу.

Такая капля, висящая на кончике пипетки (авторы опыта называют её подвеску "почти свободной"), помещалась под луч мощного электронного микроскопа, так, что исследователи могли рассматривать её поведение с разрешением, близким к атомарному.

Экспериментаторы сначала держали расплав золота и германия при температуре 425 градусов Цельсия, а затем его постепенно охлаждали.


Фрагмент наконечника при большом увеличении – графеновая оболочка. Справа: "побег" капли расплава через отверстие на конце пипетки (фотографии с сайта nature.com).

И вот при температуре 305 градусов физики увидели поразительное явление: на поверхности капли стали возникать утончённые, почти эфемерные фасеточные структуры. Круглая капля приобретала многочисленные плоские грани. Причём эти плоские структуры, однажды возникнув, тут же распадались, чтобы тут же появиться вновь.

Таким образом, на поверхности наблюдался непрерывный "танец" фасеток. Он мог продолжаться часами — пока температура поддерживалась на уровне 305 градусов. Но как только температура хоть чуть-чуть падала — танец мгновенно останавливался, и капля приобретала ту форму, в которой её застало "мерцание" фасеточных граней.

Танец фасеток при 305 градусах. Красным отмечены появляющиеся и исчезающие плоские грани капли расплава (фотографии с сайта nature.com).

Танец фасеток при 305 градусах. Красным отмечены появляющиеся и исчезающие плоские грани капли расплава (фотографии с сайта nature.com).

"Наши эксперименты показали, что подобные твёрдому телу свойства материала сначала развиваются в тонкой "коже" на поверхности, в то время как интерьер капли остаётся жидким", — поясняет Саттер.

Это наблюдение противоречит прежним представлениям и показывает, насколько поведение кусочка (капли) вещества может изменяться в зависимости от масштаба этого самого кусочка. О чём авторы эксперимента и поведали в Nature Materials.

Две различные картины кристаллизации капли, зависящие от её степени "свободы", то есть от влияния углеродной оболочки пипетки (фотографии и иллюстрации с сайта nature.com).

Две различные картины кристаллизации капли, зависящие от её степени "свободы", то есть от влияния углеродной оболочки пипетки (фотографии и иллюстрации с сайта nature.com).

А путь, каким происходит кристаллизация в малых крупицах вещества, может влиять на многие факторы уже в макромасштабе. Например, от этого может зависеть баланс между твёрдой и жидкой фазой воды в верхних слоях атмосферы, а значит — и её, атмосферы, поведение.

Точно так же лучшее понимание процесса фазового перехода в невероятно микроскопических каплях расплавов может пригодиться учёным и инженерам при создании новых микросхем или наномеханизмов.

Dr.BoT© Konspektiruem.ru